ГРИЩЕНКОВ И МУНЫКИН. ПОХОРОНЕНЫ В ГРОДНО - Мои статьи - Статьи по поиску участников ВОВ - Сайт Горбачёва Александра Васильевича
Главная » Статьи » Мои статьи

ГРИЩЕНКОВ И МУНЫКИН. ПОХОРОНЕНЫ В ГРОДНО

РамСпас поиск. Возвращение

ГРИЩЕНКОВ И МУНЫКИН. ПОХОРОНЕНЫ В ГРОДНО

Из Книги памяти Московской обл., т.22-I:


Поиск начался с установления судьбы Василия Муныкина по сведениям из Книги памяти. К сожалению, в архивах хранится только один документ о месте его гибели и захоронения – персональная карта пленного лагеря военнопленных Stalag 324 Lososna.


Следует обратить внимание на то, что в начале войны одновременно существовали два лагеря с таким номером – один под Гродно (Белоруссия), второй в Грондах (Польша). Но в карте пленного Муныкина записано название лагеря «Lososna», а это Белоруссия. Причем, и в Гродно были два лагеря с таким номером. Основной размещался в 5 км западнее Гродно в районе д.Лососна и военного городка Фолюш, но на некотором удалении от них. Немцы именовали его Lososno/Garten, где «Garten» - это Гродно. Второй лагерь размещался в старых казармах (сейчас ул.Красноармейская) в самом Гродно и был филиалом лагеря Лососна.

Учетные документы в лагерях велись небрежно и заполнялись, скорее всего, не самими немцами, а кем-то из пленных, знающих язык. Поэтому карты пленных содержат не все сведения, которые предполагала их установленная форма. Да и записи сделаны с ошибками. Муныкин, например, записан как «Muhikin», что читается скорее как МунИкин.

В лагере ему был присвоен персональный номер «8078». Датой рождения указано 12.04.1903г. Не знаю, насколько верно записан год, т.к. в послевоенном списке Бронницкого военкомата на его розыск записан 1909 год рождения. 


Кто ошибся, писарь лагеря или военкомата, трудно сказать. Наверное, более достоверна дата, указанная в документах лагеря, т.к. карта пленного заполнялась с его собственных слов, а в военкомате при печатании списка вполне могли спутать цифры 3 и 9. Кстати, в этом списке нет имени и отчества жены Муныкина, а из инициалов четко читается только отчество – «И». Жила она в д.Велино.

Велино Бронницкого района в карте пленного указано и местом рождения Василия Муныкина. Никаких сведений о родственниках нет, только домашний адрес, тоже Велино. Нет записей ни о месте его службы, ни о дате и месте пленения. Записано только, что из крестьян. Таким образом, его военная судьба до плена, к сожалению, так и не установлена.

В послевоенных списках Раменского РВК была графа о дате последнего письма разыскиваемого и его обратном адресе. По номеру полевой почты можно установить его полк или дивизию, но в Бронницком РВК такие сведения в списки не вносили. Жаль.

Судя по тому, что в открытом доступе обратной стороны карты пленного нет, можно предположить, что она просто не заполнена. Там указывались сведения о принудительных прививках, а по их датам можно приблизительно установить время поступления пленного в лагерь. Там же были разделы о перемещениях пленного по лагерям и направлении в рабочие команды и лазарет. Часто указывалась и причина смерти. Увы, повторюсь: в лагерях на оккупированной территории СССР, в отличие от территории рейха, документы велись небрежно.

Согласно записи в карте пленного, Василий Муныкин умер 15 января 1942г. и был похоронен на кладбище «Neues Lager». Этим кладбищем были рвы за колючей проволокой лагеря.


В начальный период войны содержание наших пленных во всех лагерях было ужасающим. Немцы, конечно же, готовились к их приему, но не рассчитывали, что пленных будет так много. Как правило, территория лагерей не имела никакой инфраструктуры. Не было ни бараков, ни санитарных зон, в т.ч. туалетов. Не было налажено питание и обеспечение водой. Пили из луж, умывались из луж. Медицинскую помощь оказывали врачи из числа плененных медсанбатов и госпиталей. Но что они могли? Без лекарств и перевязочных материалов…

Из книги Д.З. Кагана «Расскажи живым»: «В канун Нового года меня срочно вызвал старший врач Блисков.

— В Лососно эпидемия сыпняка, — объяснил он, глядя не на меня, а в стол, — медиков там мало, требуется врач из нашего лагеря.

…Ни одного здания не видно. Огромное снежное поле, обнесенное высокими рядами проволоки, над проволокой — электрические фонари и такие же пулеметные вышки, как и в Гродно. Кого здесь охраняют, где люди? Можно различить, что поле не ровное, а покрыто множеством снежных сугробов правильной продолговатой формы. Неужели землянки? К одной из них ведут меня по протоптанной в снегу тропинке. Где-то внизу, почти под ногами, открывается дверь, мелькает свет. Спускаюсь по обледенелым ступенькам и вхожу в помещение. Никого нет. Около порога — столик, здесь же приставлены к стене носилки. Низкий потолок, стены обиты досками, в них каждый гвоздь покрыт морозным инеем. В некоторых местах сквозь щели между досками обсыпаются комки мерзлой земли. 

…Торопливо идем в дежурную. На полу, в носилках, лежит уже умерший. По виду — подросток, без шапки, шинель распахнута, ботинки на босу ногу, не зашнурованы. На коротких волосах нерастаявший снег. Лицо безжизненное, струйка крови застыла на подбородке и тонкой шее. Мостовой опустился на колени, расстегнул гимнастерку. На груди, выше правого соска, маленькая дырочка, покрытая запекшейся кровью. Раненый погиб от внутреннего кровотечения. Ни прощупать пульс, ни выслушать тоны сердца не удается. Мостовой кладет похолодевшую руку несчастного. Все! Мы стоим опустив головы. Всем ясно, что он не пытался бежать, а больной, в бреду, вышел из землянки и наткнулся на проволоку. Тут его и застрелил часовой. Ясно это и ефрейтору караульной команды, который с хмурым и скорбным лицом стоит рядом с носилками.


Дверь с треском открывается и в землянку заходит полицай в зеленой шинели. Сытое лицо красно от мороза, шапка лихо сбита на затылок, на рукаве повязка с черной надписью: «Polizei».

— Капут! Капут! — кричит он громко, бессмысленно улыбаясь ефрейтору. — Пусть не лезет на проволоку! — добавляет он, согнав с лица улыбку и приняв официальный вид.

Все поражены этой откровенной подлостью. Немец резко повернулся к полицаю, произнес какое-то ругательство, затопал ногами и схватился за тесак. Полицай бросился вон из землянки, оторопело оглядываясь на немца.

…Спускаюсь по ступенькам к двери с широкими щелями, над которой висит дощечка с надписью: «№ 2». Зайдя, остановился у порога, чтоб привыкнуть к темноте. Помещение освещено несколькими квадратными оконцами, вделанными в крышу над проходом между нарами. …Иду по дощатому настилу, под которым хлюпает вода. Больные лежат в два ряда, на сплошных нарах и под ними, прямо на полу. Кто на тюфяках из рогожи, кто просто на соломе. Некоторые, замечая нового человека, поворачивают или приподнимают голову. Воздух насыщен холодной густой сыростью.

В углу стол, сбитый из горбылей, тут же тумбочка. …Какой настил крыши — трудно понять, по-видимому, из дерна, земляной. Каждая жердь покрыта множеством капель, тонкие струйки воды бегут книзу и стекают под доски пола. Глаза уже привыкли к полумраку, видно, что вода стекает не только здесь, вблизи от печки, а повсюду.

Минут через десять пришел, фельдшер. — Что у вас там? — спросил я, кивнув на тумбочку. — Шприц, камфара. — Камфара? — переспрашиваю я с радостным удивлением. — Пока есть. От наших осталась. Ветеринарная.

Многие без сознания, в бреду. Если вглядеться в солому, на которой лежат люди, то можно заметить ее слабое шевеление: все кишит насекомыми.

…Перед землянкой, за проволокой блока, проходит дорога к траншеям, где хоронят умерших. Еще только начинает светать, а уже слышен топот, крики, ругань. Одного за другим проносят мертвых со всего лагеря. Шатаясь от изнеможения, четверо волокут труп, ухватив его за руки и ноги…

Когда возвращаюсь обратно, то уже совсем светло и на лагерной дороге, идущей к могилам, трупы несут тесной чередой. Слышу, как один из носильщиков, без шапки, в очках на хрящеватом носу, пригибаясь под тяжестью ноши и с трудом перебирая длинными ногами, с иронией в голосе попрекает товарищей:

— Куда торопитесь, самостийны украинцы?

Немцы поместили пленных украинцев в отдельный блок. Кроме лишней порции геббельсовской пропаганды о «великой, самостийной Украине», их ничем не одаривают. Баланда такая же, как и в других блоках. И такая же смертность…

Голод и болезни делают свое дело. С каждым днем все больше людей погибает. Лагерь вымирает. «Сегодня я несу хоронить, а завтра меня понесут...» — с горькой усмешкой говорят заключенные. Режим в лагере все жестче, паек все скуднее. Немцам и полицаям лучше не попадаться на глаза.

Привезли продукты для вахткоманды. Лошадь медленно тащит нагруженные мешками сани от лагерных ворот к комендатуре. Возчик, закутанный в армяк из домотканого сукна, сидит спереди, не поворачивается. Один мешок развязался, из него скатывается на дорогу картошка. Невдалеке стоит пленный. Несколько мгновений он, как зачарованный, смотрит на мешки, потом бросается на дорогу, падает коленями в снег и хватает несколько оброненных с саней картошин. Идущего по дороге немца не заметил.

— Halt! — завопил тот к ударом сапога свалил пленного в снег. Выхватил тесак и плашмя стал наносить удары. Несчастный пытается подняться, но охранник вцепился в него, как бульдог. Коротенький, на кривых ногах, он и напоминает бульдога. Выместив на беззащитном человеке всю свою злобу, вложил тесак в ножны, поправил фуражку, деловито отряхнул снег с сапог и пошел дальше». К осени 1942 в лагере вымерли почти все.


По анализу имеющихся карт пленных в этом же лагере находился еще один наш земляк – Грищенков Егор Алексеевич, номер пленного «13852». Родился в 1923г. в Уваровском районе. И снова небрежность, в карте он записан как «ГрЕщИнков», а его адрес: «Раминск, Красное Знамя, №61». В послевоенном списке Раменского РВК этот адрес записан правильно: Раменское, ул.Краснознаменная, д.61. Мать – Грищенкова Вера Полуэктовна. По ее сведениям сын был призван 9.07.41, а последнее письмо от него получено в сентябре 41-го. Обратный адрес мать не указала.


В карте пленного местом службы Егора записан «2 Poiner» - можно предположить, что это 2-й саперный полк, а можно и сапер какой-то части с номером 2. Видимо карту заполнял не немец, т.к. правильно: «сапер» - «pionier». В плен попал 2.10.41 под Смоленском. Но речь не может идти о городе как таковом, он был взят немцами еще в июле 41-го. Можно говорить о смоленском направлении, а если точнее, то уже о московском. Полки с номером 2 были в ополченческих дивизиях: 1-й, 4-й, 5-й, 9-й и 17-й. Они входили в состав 33-й, 24-й и 43-й армий Западного и Резервного фронтов и воевали в районе Вязьмы, кроме 4-й ДНО, которая до 11 октября воевала в р-не оз.Селигер.


5-я, 9-я и 17-я ДНО, ставшие к тому времени 113-й, 139-й и 17-й стрелковыми дивизиями соответственно, уже 2 октября приняли удар немцев в начавшейся операции «Тайфун», решающем наступлении на Москву. Егор Грищенков мог служить сапером в любой из них. Точно это уже не сказать. Кроме этого, он был призван 7 июля, а это время формирования дивизий народного ополчения. В июле ему могло еще не исполниться 18 лет, а значит, как раз в ополчение и мог уйти добровольцем. Но это только предположения.


В Книге памяти Московской области он числится погибшим в плену 22 сентября 1942г., без указания места. Теперь это место известно – кладбище «Neues Lager» лагеря военнопленных шталаг 324 Лососно.

Сейчас точное место захоронения пленных шталага 324 Лососно не установлено. Во время земляных работ на территории лагеря (бывший военный городок Фолюш) было обнаружено массовое захоронение. 


Всего с 2006 года силами 52-го отдельного специализированного поискового батальона там найдено более двух тысяч человек. Но по некоторым данным, зимой 1941 - 1942 года тут от болезней и голода погибло до 6 тысяч красноармейцев. Всего, предположительно, на этой территории было захоронено около 18 тысяч человек. Найденные останки захоронили в братской могиле на городском кладбище Аульс. 


На месте лагеря Лососно и на кладбище Аульс установлены стела и памятный знак в память о замученных в плену, но не предавших Отечество советских воинах.


Возможно, там же захоронены и наши земляки Василий Муныкин и Егор Грищенков.


Ищите своих близких!

Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 8-496-46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.

Все материалы по поиску без вести павших на сайте http://gorbachovav.my1.ru/

Использованы материалы:

http://www.obd-memorial.ru/html/index.html

http://podvignaroda.mil.ru/?#tab=navHome

http://vsr.mil.by/2011/12/06/dlya-nix-zakonchilas-vojna%E2%80%A6/

http://www.sgvavia.ru/forum/152-807-1

http://www.proza.ru/2010/03/25/1673

http://militera.lib.ru/memo/russian/kagan_dz01/text.html#t4

http://forum.vgd.ru/2144/30531/40.htm?a=stdforum_view&o

http://www.kp.by/daily/26240.4/3121985/   

http://213sp56sd.ucoz.ru/load/mesta_dislokacii_56_sd/mesta_postojannoj_dislokacii/foljush/18-1-0-38

http://tomkad.livejournal.com/156473.html

http://www.rkka.ru/oper/diff/173sd.htm

Категория: Мои статьи | Добавил: ALEXANDRGORBACHEV (10.10.2016)
Просмотров: 29 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]