Главная » Статьи » Мои статьи

КАЧАЛКИН ИЗ БЫКОВО. 1 ГОРНО-СТРЕЛКОВАЯ БРИГАДА

РамСпас поиск. Возвращение

КАЧАЛКИН ИЗ БЫКОВО. 1 ГОРНО-СТРЕЛКОВАЯ БРИГАДА

Из Книги памяти Московской обл., т.22-I:


В 1946г. заявление на розыск Качалкина подавала его жена, Мария Максимовна, которая жила в п.Быково, ул.Шоссейная, д.280. Она сообщила, что муж родился в 1902г. в д.Лукошкино, д.208, Бронницкого р-на Московской обл. Заявление заполнялось женой, и она ошиблась - в Бронницком районе была д.ЛуТошкино, а не ЛуКошкино. Павел Качалкин был призван Раменским РВК 24 августа 1941, а последнее письмо от него получено 7 сентября 1941. Обратный адрес: «Действующая армия, п/п №610, 2 рота».


Розыск результатов не дал, и военкомом было сделано заключение: «Сведений нет с августа 1941, нужно полагать пропавшим без вести». Заключение было сделано 13 апреля 1946 г., а персональная карта пленного Качалкина была обработана 27 июня 46-го, поэтому сведения о нем и не нашлись. На карте есть пометка: «Извещение выписано» - значит, жена узнала о судьбе пропавшего солдата? Не знаю. Но если даже так, то узнала она только часть судьбы – пребывание в плену. Но как и где он воевал?

Из карты пленного номер 15187 лагеря военнопленных Шталаг 326 Форелькруг (Зенне, Штукенброк): Качалкин Павел Кузьмич, 15.06.1902 г.рождения, д.Лукошкино Бронницкого р-на Московской обл. Девичья фамилия матери Астафиева. Гражданская специальность – портной. Солдат 3-го отдельного горного батальона. В плен попал у д.Воронково. Жена, Качалкина М.М., жила: Московская обл., Раменский р-н, с.Боково, Боковский с/с, д. №280. Карта заполнялась со слов пленного, поэтому заполнявший ее услышал «Боково», а не «Быково», так и записал.


На карте стоит штамп в виде креста, что означает смерть, и запись красным карандашом, что характерно для шталага 326, с датой смерти – 21.11.41. Жена получила последнее письмо 7 сентября, а через два с половиной месяца ее муж умер в плену в Германии недалеко от границы с Нидерландами. Судя по тому, что обратная сторона карты пленного недоступна, на ней, скорее всего, просто нет записей. Жаль, т.к. по датам прививок можно было хотя бы приблизительно определить время прибытия Качалкина в лагерь.


Немного о лагере. В мае 1941г. у деревни Штукенброк-Зенне на военном огородили территорию размером 450х1000м и установили там водяной насос. Это место и стало лагерем шталаг 326(VIК) для 50 тыс. пленных. Не были ни бараков, ни кухни, ни туалетов. Бараки появились только поздней осенью 1941 и зимой 1942 г.


В лагерь военнопленных доставляли по железной дороге. В вагоны, рассчитанные на перевозку 40-42 человек, загоняли по 70-80. Вагон плотно закрывали и закручивали проволокой двери и вентиляционные отверстия. В закупоренных вагонах, в темноте и давке люди ехали по 3-4 суток, обычно не получая на всем протяжении дороги ни воды, ни хлеба. Испражнялись в котелки или кружки, а затем выливали в щели вагонных дверей или окна. Многие военнопленные были не в состоянии перенести тяжёлую поездку, заболевали и умирали дорогой, трупы выносить из вагона не разрешалось. К удушливому общему смраду добавлялся еще и трупный запах. Офицеров конвоировали закованными в кандалы.


День за днём прибывали эшелоны с пленными красноармейцами. Из вагонов выбрасывали тела умерших в пути, а живых пешком гнали несколько километров. Больных и раненых просто убивали. Колонну сопровождали конные повозки для погрузки трупов.


В одном из таких эшелонов ориентировочно в сентябре-октябре 1941 г.в лагерь прибыл и Павел Качалкин. Можно предположить, что уже тогда он был ослаблен, поэтому и не попал в рабочую команду.

В августе среди военнопленных начала свирепствовать эпидемия дизентерии. Своей высшей точки она достигла в сентябре. Военнопленные, ослабленные голодом, массово умирали из-за обезвоживания организма. Эпидемия дизентерии ещё не стихала, когда произошли первые случаи заболевания сыпным тифом. Было принято решение о создании специального лазарета-изолятора на территории расположенного вблизи шталага-326 лагеря Штаумюле.


В бараках лазарета было по пять комнат. Кроватями служили деревянные нары в два этажа из голых досок без каких-либо подстилок, на которых размещались больные. В каждом бараке от 100 до 120 больных. За бараком закреплялись один-два врача и два санитара из числа военнопленных.

В лазарет стали поступать первые больные дизентерией из лагеря шталаг-326. Почти всегда среди них были мёртвые. В некоторые дни больные умирали по 20, иногда даже по 30 и более человек. Кладбище советских военнопленных находилось в 8 км от лазарета, и там хоронили умерших в лазарете.

Лекарством против дизентерии служили таблетки из угля и белой глины. Лекарств и перевязочных материалов катастрофически не хватало. В лазарете находилось до 2000 человек и более. Несмотря на свирепствовавшую эпидемию дизентерии, немцы продолжали кормить больных водянистой похлёбкой «баланда» качеством даже хуже, чем в шталаге- 326.

В карте пленного Качалкина нет отметок ни о диагнозе, ни о месте, где он умер - или в самом лагере, или в лазарете Штаумюле. Но он есть в списке похороненных на кладбище Шлосс Хольте Штукенброк. 



Здесь следует уточнить, что в различных источниках местом захоронения погибших в шталаге IVК(326) указывается либо Штукенброк, либо Форелькруг, но это одно и то же захоронение. Просто лагерь располагался возле маленькой деревни Эзельгайдэ общины Штукенброк, а кладбище находилось у еще меньшей деревни Форелькруг той же общины. Всего там похоронено более 65000 военнопленных. Один из них  - Павел Качалкин.




Но где и когда он попал в плен? В заявлении жена указала обратный адрес Качалкина - полевая почта 610. Этот номер был закреплен за 1-й отдельной горно-стрелковой бригадой. Она была сформирована в мае 41-го в Ленинграде и предназначалась для действий в горных районах Кольского полуострова. В ее составе были четыре батальона по три роты в каждом. Всего она насчитывала около 3000 человек.


С июля 41-го бригада участвовала в контрударе под Сольцами, воевала в районе Новгорода, отходила к Любани, была оттуда выбита и в конце августа отошла в район пос.Мга на подступах к Ленинграду. В составе бригады оставалось всего 200 штыков, т.е. тех, кто оборонялся в окопе или ходил в атаку.

31 августа Мга была занята немцами, а уже 2 сентября бригада совместно с 1-й дивизией НКВД получила задачу Мгу вернуть. Для этого бригаду пополнили до 800 человек. Павел Качалкин был призван 24 августа, поэтому вполне мог прибыть в бригаду с этим пополнением. Мгу отбить не удалось. Да и было ли это возможным? Ведь обороняли ее два немецких полка и до 40 танков.


Над Ленинградом нависала угроза блокады. Перед рвущимися к Ладоге немцами стояли 1-я горно-стрелковая бригада и 1-я дивизия НКВД. Вот только какие это были дивизия и бригада! Измотанные в бесплодных атаках их остатки не могли противостоять ответному удару немцев. Наступил самый трагичный день. 6 сентября их позиции были рассечены. Дивизия НКВД стала отступать на запад в сторону Ленинграда, а горно-стрелковая бригада - на восток в сторону Волхова. Немецкий клин врезался в нашу оборону и рассек ее через Синявино к Шлиссельбургу, т.е. к Ладожскому озеру. Тем самым защитники Ленинграда были отрезаны от основных сил, началась блокада. 1-я горно-стрелковая бригада и поддерживавший ее бронепоезд номер 82 отступили в район Погостье, Вороново и остались с внешней стороны осажденного города.


Немцы развернулись на восток и пытались вдоль Ладоги расширить образовавшееся «бутылочное горлышко», но были остановлены контратаками 48-й армии маршала Кулика. Вот только у самой армии не хватило сил, чтобы восстановить положение и очистить берег озера. Ее только что сформированные дивизии боевого опыта не имели, были плохо обучены и слабо вооружены. Они штурмовали позиции немцев, но, неся огромные потери, откатывались назад.

1-я горно-стрелковая бригада также была включена в состав армии Кулика. Она оказалась на южном крыле вновь прибывшей 54-й армии. В наступлении изначально не участвовала, да и сил для этого не имела. Стояла в обороне, прикрывала южный фланг в районе Поречье, понемногу пополнялась.


12 сентября немцы подтянули танки и начали новое наступление против дивизий Кулика. Этот удар приняла и 1-я горно-стрелковая бригада. Совместно с 122-й танковой дивизией и бронепоездом №82 они нанесли встречный удар. В районе села Хандрово произошел, наверное, крупнейший в этих местах и самый удачный для нас танковый бой, в котором были уничтожены 22 немецких танка. Обе стороны исчерпали свои силы, и бои затихли.


До 42-го года бригада оставалась на позициях в районе Вороново. В карте пленного Качалкина местом пленения указано Воронково - это или ошибка писаря, или сам Качалкин точного названия деревни не помнил. Там, у д.Вороново, он и попал в плен предположительно в сентябре 1941г.

Ищите своих близких!

Копии архивных документов находятся в МУ РамСпас. Тел. 8-496-46-50-330 Горбачев Александр Васильевич.

Все материалы по поиску без вести павших на сайте http://gorbachovav.my1.ru/

Использованы материалы:

http://www.obd-memorial.ru/html/index.html

http://podvignaroda.mil.ru/?#tab=navHome

https://pamyat-naroda.ru/heroes/

http://www.soldat.ru/pps.html

http://stalag326.livejournal.com/14937.html

http://maxpark.com/community/14/content/3084376

http://shiryshev.ru/archives/524#.XZMTO1UzaUm

Категория: Мои статьи | Добавил: ALEXANDRGORBACHEV (01.10.2019)
Просмотров: 183 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]